22 ноября 2017 / 4 кислева 5778

25.02.2015

На стороне слабых

Эксклюзивное интервью художника Оскара Рабина нашему порталу

Эрарта выставка оскара рабина©Erarta Фото: Михаил Князев, музей современного искусства Эрарта

Оскар Рабин – легенда российского независимого, «нонконформистского», как принято говорить, искусства 1950-70-х годов. С 1977 года он живет во Франции.

Месяц назад художнику исполнилось 87 лет. Но он продолжает активно работать. 27 февраля в Музее современного искусства Эрарта открывается его новая выставка «Мне подарили Париж». Мы попросили Оскара Рабина ответить на несколько вопросов.

- Оскар Яковлевич, расскажите немного о своих корнях, о начале своего пути?

- Я родился в Москве в семье врачей. Мои предки по отцу – евреи с Украины. Откуда конкретнее – не знаю. Настоящая фамилия нашей семьи – Рабинович, ее носили мои тетки, а отец сократил до «Рабин». Я видел документ, где он вообще пишет на французский манер: «Робен». У его родителей была фабрика, уж не знаю какая, но они были достаточно состоятельны, чтобы оплатить обучение сына в Цюрихе. Там он познакомился с моей матерью. Она из Риги, дочь хуторян.

Отец умер, когда мне было восемь лет. Всю жизнь он был неверующим, но перед смертью просил читать по нему кадиш. Так мне говорили. Дело в том, что, когда он умер, мы были далеко. Родители и одна из сестер отца, акушерка по профессии, завербовались в Ханты-Мансийский автономный округ. Тогда там еще не нашли нефти, и места были совершенно дикие. Мы с матерью и теткой поехали, а отец остался в Москве, он должен был приехать позже. Дорога заняла месяц – на пароходе, а потом на оленях. Ни железной дороги, ни авиасвязи – ничего там еще не было… Когда пришла телеграмма о болезни отца, мать даже не могла выехать к нему.

Мама умерла в самом начале войны, и мне очень рано пришлось самому о себе заботиться. А время было трудное.

Тогда я уже заинтересовался рисованием. Художественные студии были закрыты или эвакуированы. Но мне сказали, что где-то в Ленинградском районе Москвы с детьми занимаются. И я пошел туда. А вел занятия Евгений Львович Кропивницкий, художник и поэт, мой учитель, впоследствии мой тесть. И вот я помню – Евгений Львович сажает меня и еще одного мальчика (а больше там никого и не было) рисовать какой-то натюрморт, и тут открывается дверь, входит худенький подросток примерно моих лет, и Кропивницкий, как будто забыв про нас, начинает разговаривать с ним – о стихах. Это был Генрих Сапгир, который потом стал замечательным поэтом. Наша дружба с ним продолжалась более полувека, до самой его смерти.

Эрарта выставка оскара рабина©Erarta Фото: Михаил Князев, музей современного искусства Эрарта

Постепенно стала складываться Лианозовская школа – по подмосковному поселку, где жила семья Кропивницких. У нас не было никаких манифестов, никаких общих эстетических теорий. Наше единство было прежде всего человеческим.

- Многие ваши ранние картины отражают скудный был бараков. Это Лианозово?

- Да, ведь я там прожил много лет. Некогда там было два лагеря – мужской и женский. При Хрущеве женский лагерь закрыли, и в бараках дали комнаты мелким служащим. Я устроился десятником на разгрузку вагонов, сутки через двое, и мне с женой и детьми дали комнату. У меня под началом работали заключенные. Это были не политические, но и не какие-нибудь уголовники, а осужденные, скажем, за «хищения социалистической собственности» – по печально знаменитому «закону о колосках». Были и интеллигентные люди – помню одного композитора, который играл у себя в лагере во время разводов на баяне… Мне интересно было общаться с этими людьми.

Сам барачный быт, быт предместий, в своем убожестве нравился мне. Это была какая-то живая, естественная жизнь, более естественная, чем в московских многоквартирных домах. Тем более, что война показала непрочность, неустойчивость городского быта: отопление и водопровод отключили – и за водой приходилось ходить черт знает куда на колонку…

Я всегда был на стороне слабых, проигравших. На стороне бедных, если хотите. (Хотя художнику приходится иметь дело с богатыми людьми: они покупают его работы). И, когда я жил в Лианозово, мне казалось, что я – в правильном месте.

- Как Вам кажется, нашло ли независимое искусство последних советских десятилетий свое место в мировом художественном процессе? Каково это место?

- Многое в русском искусстве 1910-20-х годов (скажем, Малевич и супрематизм, конструктивизм) оказало важное влияние на мировую культуру. Но потом советское искусство разошлось с мировым. Началась эпоха соцреализма. После смерти Сталина некоторые молодые художники понаслышке, по случайным репродукциям пытались выяснить, что происходит в искусстве на Западе, да и восстановить связи с прошлым русского искусства. Я помню, как поздно и с каким трудом я попал в запасники Третьяковки…

Были разные группы. Скажем, художники из «Группы Сретенского бульвара» (Илья Кабаков и другие) считали, что надо ориентироваться на «передний край» современного западного искусства. Для нас, участников Лианозовской школы, главным было – найти свой собственный путь. Например, я в молодости попробовал абстракционизм и понял, что не могу в такой форме выразить свое восприятие мира. И я вернулся к фигуративной живописи.

Можно ли было в такой ситуации создать что-то принципиально новое в мировом масштабе, что-то такое, что заинтересовало бы все человечество? Наверное, нет. Но лучшие художники все-таки смогли раскрыть свою индивидуальность.

На выставке Рабина в Эрарте представлены работы последних лет. Он по-прежнему продолжает диалог с тем миром, который сформировал его. Барачное Подмосковье и увиденный в неожиданном ракурсе Париж накладываются друг на друга, образуя фантасмагорическое единство. И здесь же – образы ушедших близких, жизненный и творческий диалог с которыми продолжается. Прежде всего это относится к покойным художникам – Валентине Кропивницкой и Александру Рабину, жене и сыну Оскара Рабина.

Валерий Шубинский


Выставка открыта с 27 февраля по 27 апреля. Подробнее тут

Оскар Рабин Композиция с черемухой и яичницей 2013
Оскар Рабин Смерть селедки в зимнем лесу 2012
Оскар Рабин Происшествие 2014
Оскар Рабин Транспортировка шампанского по Сене
Оскар Рабин Покинутый вокзал Сан Мишель 2006


Вконтакте
Facebook

Синагога
Весь Петербург
Все
В Петербурге
В мире
22 ноября 2017
21 ноября 2017
20 ноября 2017
20 ноября 2017
20 сентября 2017
19 сентября 2017
14 сентября 2017
18 августа 2017
10 апреля 2017
07 апреля 2017
06 апреля 2017
24 февраля 2017
23 февраля 2017
15 февраля 2017
25 декабря 2016
21 декабря 2016
16 декабря 2016
04 ноября 2016
27 сентября 2016
23 сентября 2016
18 апреля 2016
10 марта 2016
23 февраля 2016
15 февраля 2016
05 февраля 2016
21 января 2016
11 января 2016
06 января 2016
04 января 2016
23 ноября 2015
18 ноября 2015
31 октября 2015
26 октября 2015
09 сентября 2015
26 августа 2015
24 июля 2015
29 мая 2015
30 апреля 2015
24 апреля 2015
15 апреля 2015
14 апреля 2015
25 марта 2015
24 марта 2015
27 февраля 2015
25 февраля 2015
18 февраля 2015
09 февраля 2015
26 января 2015
20 января 2015
25 декабря 2014
11 декабря 2014
09 декабря 2014
01 декабря 2014
17 ноября 2014
06 ноября 2014
30 октября 2014
15 октября 2014
11 сентября 2014
08 сентября 2014
05 сентября 2014
04 сентября 2014
22 августа 2014
21 августа 2014
13 августа 2014
12 августа 2014
08 августа 2014
12 июня 2014
14 апреля 2014
11 ноября 2011